jenatik.ru

Вернуться   Jenatik > Литературное кафе

Литературное кафе Ab imo pectore(лат.) - от всего сердца, от всей души. В этом разделе господствуют три музы - Каллиопа, Эвтерпа и Эрато. Здесь выкладываем полюбившиеся, понравившиеся стихи, рассказы... Цитируем, обсуждаем, делимся...

Ответ
 
Опции темы Поиск в этой теме Опции просмотра
  #1  
Старый 01.06.2010, 11:17
Аватар для Hope
Hope Hope вне форума
Активный
 
Регистрация: 06.03.2010
Сообщений: 154
Сказал(а) спасибо: 115
Поблагодарили 197 раз(а) в 110 сообщениях
Hope is on a distinguished road
По умолчанию Разные рассказы разных авторов

Сегодня с самого утра идет дождь. Для меня это особое состояние - дождливое настроение - тихой грусти и какой-то светло-романтической тоски. В такие дни мне вспоминается один рассказ, который когда-то я читала еще в рукописи...

Максим Макарычев
Инна в дожде

Я, ты и дождь... А ведь я и правда входил в твой дом под нежное постукивание по твоим окнам, шепот по стеклу этих чистых небесных капелек.
Я приучил тебя к тому, что искал встречи с тобой, только когда в нашем засушливом городе журчала долгожданная трель потоков с неба. И под стройную серенаду струящихся лиловых напевов просыпались люди, уставшие от солнечного гипноза. А внутри хи оживали дремлющие ледники слез.
Сегодня, когда дождь выскочил из зарослей облаков над нашим городом всего лишь второй раз в году, я вспомнил, что не видел тебя уже целых два месяца. Второй раз в году я разрезал спутавшуюся паутину телефонных проводов и начал сочинять твой номер.
Начинается твой день... Дождавшаяся дождинок, радостная оттого, что разлука миновала, ты принимаешься юлить, извиняться, затем хлюпать носиком, заливисто смеяться, ласкать проворным язычком мелкое решето телефонной трубки. Наконец, ты успокаиваешься и лихо приветствуешь меня. Ты назначаешь мне встречу. Но не в твоем доме.
Через час мы встретимся в укромном уголочке старого парка, листва на окраине которого не по-детски опалена искрящимся жалом оголенных трамвайных проводов. Осмелевшая, заводящаяся с каждым новым движением, по слогам, кошечка, тигра, ты начнешь повторять мне те слова, которые шепчешь всего лишь несколько раз в году, с придыханием, с нежностью и горечью. Когда ты даешь вырваться наружу своему внутреннему голосу. Когда идет дождь и твои слова наконец-то становятся звонкими каплями:
"Я люблю, когда на клавишах моих щек соприкасаются кончики твоих пальчиков и ласки прохладных капелек... Я так и не пойму, почему каждая новая небесная слеза, шаловливая, словно шаркающий пудель, спускаясь на шелк моих волос, заставляет меня таять и понимать, что мягкость, ласка, сказка - это ничто по сравнению с теплом твоего обаяния под этим дождем?! Отчего, когда уже не печет солнце, когда земляной бархат становится таким влажным и мокрым, что плетет паутину вязких сетей прямо у наших стоп, я люблю прислонить твои щеки к своим плечам и, лаская теплым бризом своего дыхания твое темечко, слушать светлые побасенки пушистого мальчика о нашем прошлом, настоящем, будущем - о том, чего нет?!"
А я, колючий, когда-то смертельно обжегшийся теплом елейных слов, я, как обычно, продолжу играть в молчанку. Ты заговариваешь мне зубы, потому что хочешь быть со мной до сигнала к нашей окончательной разлуке, которую оформляет смерть. Но ты стесняешься признаться в том, что нас ждет смерть не в разлуке. Мне станет так больно оттого, что мы, любящие, всегда удаляемся, уходим друг от друга, и я почувствую, будто внутри меня разрывается не одно, а, судя по резкости спазмов, целых два ноющих сердца.
Я не скажу правду, в которую ты не захочешь поверить. Мне не быть с тобой, когда светит солнце. Ибо сияние его лучей есть размеренная и обыденная реалия жизни нашего родившегося под зноем города, а я знаю, что нам никогда не топтаться в пределах одной семьи, тем более так... тихо, ладно и мирно. Хотя я знаю, что мир позавидовал бы тому, какая девушка просит меня забрать ее с собой.
Я лишь тихо прошепчу, ни к селу ни к городу, нарочно пытаясь оттолкнуть тебя своей витиеватой ухмылкой и стальным цинизмом этих вечных слов: "Не дождешься..."
Падкий до гордых и мягкий с теми, кого нужно нещадно бросать, я играю на клавишах твоих щек и подставляю темечко для твоих теплых бархатных поцелуев под шаркающий шелест прохладных капель. Дождь в наших краях это редкий посланец дикого и чарующего мира, а с тобой заказана обыденность... Поэтому мы и придумали эту "мокрую" игру - я, ты и дождь...
Нам нужно не солнце и голубое небо. Нам нужны потрясения природы. И вот мы снова бредем в этом дожде...
Я прижимаюсь к твоему плечу, но не хочу видеть твое лицо. Я отвожу свои ресницы от глаз твоих. Иначе я просто взорвусь. Иначе я побегу туда, где покупают кольца...
В твои глаза бьет дождь. Его капли соединяются с твоими слезами. Я мучаю тебя. Я притворяюсь, что не вижу того, где на твоих щеках текут ручейки слез неба, а где прокладывают дорожки струйки слез, спустившиеся из твоих голубых глаз.
Пора. Ветерок вот-вот улетит в дальние страны - послоняться, побаловаться, раздобреть.
Дождь уже взят в плен буйными потоками воздуха. Он пошел от нас, сначала неспешно ступая, осматриваясь, этот мурлыкающий забияка-дождь, с грациозной вереницей капелек, важный, помпезный, который скоро перельется в хлопья, застилающие, устилающие, опьяненные и опьяняющие.
Вздохнем и будем расходиться. Прости, я не прощаюсь. Я просто говорю тебе: "Милая, до нового дождя..."

Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Abraxas (01.06.2010), Prizrak (03.06.2010)
  #2  
Старый 03.06.2010, 10:04
Аватар для Hope
Hope Hope вне форума
Активный
 
Регистрация: 06.03.2010
Сообщений: 154
Сказал(а) спасибо: 115
Поблагодарили 197 раз(а) в 110 сообщениях
Hope is on a distinguished road
По умолчанию

Алексей Слаповский
Смысл жизни

17 сентября 1993-го года Евгений Александрович Федоров, бульдозерист 2-й Строймехколонны города Саратова, шел по улице Лермонтова и между домами № 17 и № 19 вдруг остановился и подумал: а в чем смысл жизни?
Тогда он купил бутылку вина "Анапа" и пошел на Набережную Космонавтов, к Волге, там он сел на лавку и, глядя на волжскую воду, речной транспорт и проходящих мимо туда и обратно людей, стал пить вино и думать о смысле жизни. Он выпил вино, и на душе полегчало, но уму сделалось еще тяжелее. Заболела голова.
Тогда он пошел и купил две бутылки водки, потом пошел домой, приготовил себе ужин, стал есть его, пить водку и продолжать думать о смысле жизни.
К полуночи он понял, что в одиночку ему этого вопроса не осилить.
Тогда он взял телефон и стал звонить наугад, доверяя пальцам самим выбрать номер. И всем, кто снимал трубку, Федоров очень вежливо говорил:
- Вы, пожалуйста, извините за столь незнакомый звонок в полночь, но повод для него есть уважительная причина, которая побуждает меня задать вам странный, но жизненно необходимый вопрос, на который, возможно, у вас есть готовый ответ, и вы поможете мне этим ответом. В чем смысл жизни?
Почему-то ему отвечали грубо, с руганью и угрозами.
Федоров уже устал. Он откупорил вторую бутылку и решил сделать последний звонок, а потом алкоголем придушить беспокойство мысли и заснуть.
Ему ответил свежий мужской голос, ответил четко и ясно, словно ждал звонка Федорова.
- В чем смысл? А вот скажи, гад, где ты живешь, я тебе лично объясню и про смысл жизни и про все остальное.
- Улица Мичурина, дом сорок четыре, квартира два, вход с улицы, только на кнопку жмите подольше, звонок плохо работает! - радостно ответил Федоров.
- Я стучать буду, - обнадежил человек с четким голосом.
- Соседей разбудите. Я лучше дверь буду приоткрытой держать.
- Ну-ну, - сказал человек с четким голосом.
Через двадцать минут в дому подъехала большая красивая машина иностранного производства. Из нее вышел высокий мужчина с чем-то в руке.
Когда он вошел в квартиру, обнаружилось, что в руке у него милицейская дубинка.
- Тебе сразу объяснить или как? - поинтересовался он, хлопнув по ладони дубинкой.
- Зачем же сразу? - приветливо улыбнулся Федоров, кивнув на рюмочку, которую загодя налил для гостя. - Вопрос слишком сложный, выпьем сперва, познакомимся.
...И вот уже утро брезжит, гость Федорова, оказавшийся Петром Ильичом Егоровым, начальником охраны фирмы "Старт", в очередной раз набирает номер и говорит:
- Ты только, гад, не ложь трубку, замри, не дыши и слушай, падла, а потом ответь. В чем смысл жизни?
Это - мужчинам. Женщинам он говорил мягче, но тоже просто и прямо.
А потом очередную попытку делал Федоров.
И опять Егоров.
И опять Федоров.
Но ни тот, ни другой не добились ответа.
Правда, иногда к телефону никто не подходил. Федоров и Егоров, выпивая (перейдя при этом на коньяк, который Егоров принес из машины), говорили меж собой, что, может быть, как раз того, кто знает про смысл жизни, нет дома, шляется где-нибудь. Всегда так! - нужен человек, а его нет на месте. Егоров по несколько раз вызывает не отвечающий номер, подолгу слушает гудки.
- Сволочь! Где его носит? Люди дома должны быть! - сердится Егоров.
- Может, он просто заболел и в больнице, - успокаивает его Федоров.
- А вдруг никто не знает?
- Не может быть! - не хочет допустить этого Егоров. - Кто-то должен знать! Хоть кто-то - должен! Крути!
Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Abraxas (04.06.2010), Prizrak (03.06.2010)
  #3  
Старый 09.06.2010, 10:05
Аватар для Hope
Hope Hope вне форума
Активный
 
Регистрация: 06.03.2010
Сообщений: 154
Сказал(а) спасибо: 115
Поблагодарили 197 раз(а) в 110 сообщениях
Hope is on a distinguished road
По умолчанию

Грустный рассказик сегодня...

Агоп Мелконян

Крик после боли


Его рука с отвращением прикасается к неуклюжему полнокровному телу Змеевидной, ползет по окостенелой чешуе спины, застывая в мягких, слизистых складках под шеей. Ее тело немеет от неожиданной ласки, бедра прилипают к камню, а белые резцы обнажаются во вздохе.
«Посей свои воспоминания. Равнина необъятна, она поглотит их. Они прорастут, зашумят густыми, крепкими злаками пережитого – неподвластными порывам ветра и времени. Затем придет Великий Аруа, пожнет жатву – стебель за стеблем, со скорбью и болью, ибо поле свое он всегда пожинает скорбя. Великий Аруа – последний из мудрейших».
Этой лаской ему хочется отблагодарить ее, усмирить свою бунтующую совесть; чувство роковой непоправимости предстоящего отлета переполняет его яростью и сожалением. Серебристая игла звездолета пронзает утреннее небо в предчувствии грохота и плазменного вихря старта.
«Здесь останутся зерна. Пойдет горький дождь, кора поглотит его и даст жизнь семенам. Тогда, в сезон дождей, я становлюсь мертвой чешуей, забиваюсь в щель, не дышу, не мыслю. Там, снаружи, идет горький желтый Дождь, разъедающий камни; проснувшись, я изучаю причудливый узор дождевых потоков, Полгода я мертва, тонка и прозрачна, как пленка семени, а затем в одиночестве обхожу землю и ищу, что нового нарисовал дождь. Я помню твои слова – ужасно, что единственное разумное существо на этой планете проводит полгода в летаргическом сне. Не отрицай. Пусть не сказал, но ты это подумал. Полгода я мертва, полгода – одинока. И это - правда.» Трудно сказать, что удерживает его здесь, со Змеевидной. Поздно решать. Он пытается погладить ее закисшие веки, но осторожно отводит руку. Нужно что-то сказать, но слова застревают в горле, встают большим твердым комом, мешающим вздохнуть. Необходимо сглотнуть страх и отвращение – вместо благодарности, а он глядит в сторону и молчит.
«Знаю, я тебе противна. Горький дождь сделал мою кожу грубой, свет здесь слаб, и глаза мои почти беспомощны. Помню, ты сказал, – «уродливые глаза, как у слепца, прикрытые грязно-желтыми кровавыми веками». Помню: «…кожа, ороговевшая от кислоты, выпадающей здесь дождем». Ты подумал это, увидев меня впервые, и потянулся к убийце, висевшему на ремне. Почему ты тогда не выстрелил? Мы встретились вскоре после дождя, я была совсем беспомощна, с помутившимся сознанием, почти без признаков жизни. Ослабевшие ноги еле-еле удерживали непослушное тело. Если бы твой убийца на ремне заговорил…»
У горизонта висят лохмотья желтого облака. Оно еще молодо, но затем станет огромным и злым, лизнет небо молниями, пронзит воздух громом и уронит первые тяжелые капли дождя, который, играючи, растворит звездолет, превратит его в белесую кашицу.
«Великий Аруа рассердится. Он приходит в середине сухого сезона и приступает к жатве. Приходит с другой земли, той, что рядом с Солнцем, с моим Солнцем. Не знаю, как он прилетает, но здесь он собирает твердые стебли и никогда не глянет в мою сторону. А ты не желаешь оставить здесь ни единой частички самого себя, сердишься, бережешь свои воспоминания, но не можешь их воскресить. А я могу, и сделаю это для тебя. И для той, что с тобой. Хочешь?»
Не имеет значения, хочет он или нет – вдали уже показался усталый силуэт Марины. На фоне утреннего неба ее фигура кажется неясной, слабой, почти бесплотной. Ветерок с гор пытается растрепать ей волосы, но она придерживает их маленькой рукой и спокойно, медленно направляется к ним.
– Не нужно, Марина, – говорит он, когда женщина подходит вплотную. – Мы оба устали.
– Довольно, дружок.
– Нам предстоит старт, а ты так ослабла.
Марина делает еще несколько шагов и садится прямо на пересохшую землю.
– Ты говорил с ней?
– Она согласна. Ты ведь знаешь, что она всегда согласна! Она ненасытна, алчна, как пресмыкающееся. Готова выжать нас до капли.
Марина не отвечает, и он понимает всю безнадежность сопротивления.

«Приближается сезон дождей, вы покинете меня. Я остаюсь одна, высохшая и тонкая, как пленка испарившейся слезы. А вы можете посеять свои воспоминания, равнина впитает их. Они ей необходимы. Ей, и Великому Аруа. Помню твои слова: «Какие великолепные чистые кристаллы силиция…». Тогда ты впервые увидел на равнине прозрачные кусты. А ведь это всходы воспоминаний. Я могу разбудить прошлое и засеять его здесь, а затем приходит Великий Аруа и пожинает стебель за стеблем. Она ждет, ты же видишь, ждет. Хочет, чтобы опять мы сделали это».
– Но я не хочу, Марина. Это мое право, ведь он и мой тоже, часть его принадлежит и мне, не так ли? Мне это надоело! Мне противна это мультипликация! Мы уже десять раз прошли через это, со всеми ужасными подробностями. Я не выдерживаю, я астронавт, а не палач. Ради одного крика, Господи, ради одного-единственного крика!
Марина нежно гладит Змеевидную, и прошлое воскресает. В медицинском отсеке чисто и спокойно. Слышно лишь жужжание из коробки с коагулятором.
– Я больше не могу, Андрей. Боль становится невыносимой. Поясницу будто пилят пилой.
– Еще немного. Не бойся, организм сам знает, что нужно. Назовем его Еуропио, он будет очень умным, правда?
Он смотрит на вздымающийся, округлый живот, сотрясаемый внутренними толчками, на ее пальцы, впившиеся до посинения в кожаные ремни, на ступни, лихорадочно ищущие в воздухе опору для потуг.
Впервые в жизни мне придется акушировать. Наверное, я неловок. Я ведь только астронавт. В школе нас научили кое-чему, но это голая теория. Вчера я перечитал все, что мог найти.
Ее посиневшие губы плотно сжаты. Тишину звездолета разрывает крик, выплеснувшийся в коридоры, эхом отскакивающий от стен и крышек люков, царапающий мозг Андрея. Крик начала начал. Кровь на перчатках, судорожно глотающая воздух плоть, усеянная вздувшимися от усилий, пульсирующими капиллярами. Алая сфера головки, непреодолимо устремившейся вперед, надежда на пуповину, растягиваемую мягкими толчками. Человечек, появившийся на свет через сотни километров после зачатия под лучами кометы. И крик новорожденного в коконе алой слизи – первая претензия к миру и первое недовольство им.
– Мальчик, Марина, сын! Мой Еуропио!
– Подними его, Андрей. Я хочу его видеть.
Но через минуту крик обрывается, колени подтягиваются к животику, губы катастрофически синеют, и стрелка пульсометра замерзает на нуле.
Она лежит на сухой земле, в нескольких метрах от слюнявой пасти Змеевидной. Ее колени все еще раскрыты, пальцы вжаты в пах, лицо желто, как усталая звезда: неведомая сила распирает грудь изнутри.
– Открой глаза, Марина, прошу тебя. Ты ведь хотела этого
– Еуропио, наш мальчик, мертв. В одиннадцатый раз.
«Она хочет этого, разве ты не понимаешь, зачем? Два часа боли, чтобы услышать этот крик. Кто это плачет? Не понимаю. Ты меня ненавидишь, знаю, потому что я могу возвращать воспоминания; за то, что могу вернуть боль. Но ведь – и радость. Вам нужна эта боль, за что же ты тогда меня ненавидишь? Я одинока, приближается сезон дождей, я забьюсь в какую-нибудь щель и стану мертвой чешуей. Равнина усеется кустами – твоими и ее. Придет Великий Аруа и начнет жатву. Стебель за стеблем. Ты улетишь, но она останется здесь. Я это знаю, уверена. Только я могу дать ей этот крик, а он ей необходим. Ты уйдешь, ты другой, дорога зовет тебя, а она останется. Я спрячу ее в своей полости, пока не кончатся дожди, а затем она будет сеять свои воспоминания. Это воспоминание – крик после двух часов боли. Равнина необъятна, она может принять его много раз, потому что ей нужно много раз слышать это… Знаю, что ты меня ненавидишь, но я – не Великий Аруа, а слабое и одинокое создание. И могу только это… Если ей так хочется… Два часа боли ради крика. Кто это плачет? Не понимаю, зачем ей это нужно, ничего не понимаю…»
Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Prizrak (09.06.2010)
  #4  
Старый 29.06.2010, 10:49
Аватар для Hope
Hope Hope вне форума
Активный
 
Регистрация: 06.03.2010
Сообщений: 154
Сказал(а) спасибо: 115
Поблагодарили 197 раз(а) в 110 сообщениях
Hope is on a distinguished road
По умолчанию

Чак Паланик

Теплый дождь

Вам нравиться мокнуть под дождем?
Конечно, это мало кому нравиться.
Но, я советую вам попробовать.
Хотя бы раз в год, вы должны промокнуть!
В летний день, после изнурительной жары, теплый дождь бывает очень желанным.
Главное сделать первый шаг.
Самое трудное вначале, потом пройдет.
Это как, когда вы хотите зайти в воду, но не можете решиться. Вам она кажется холодной, вы заходите по колени, и останавливаетесь. Но чем медленнее вы продвигаетесь, тем мучительнее для вас процесс.
Иногда, самым безболезненным способом сделать то, что вы сделать не решаетесь, это плюхнуться с разбега.

***
Он шел за ней, отставай на 20 метров.
Он шел, для того чтобы познакомиться. Но не решался.
Думал, что сказать, как очаровать, изумить, сразить, пригласить и взять номер телефона.
Я должен это сделать, я смогу. Я ведь ничем не рискую. Не получится, - ну и черт с ней!
Но ведь она чертовски красива. Никого красивее я не встречал за последние полгода!
А вдруг, я ей не понравлюсь?
Он не видел, и не замечал. Но лицо его было очень бледным, ладони покрылись холодным потом, слабость в коленях отображалась на походке, так что это было заметно и с расстояния в 100 метров.
Начинал накапывать дождь, словно угрожая всем не спрятавшимся, перерасти в серьезный душ.
- А может не стоит, у нее какие-то коротковатые ноги. Да и сама она низкого роста, это ведь не мой идеал.
Но вторая половина его я не отступала.
- Тем более, если не твой идеал, значит, тебе нечего переживать, как и ничего терять. Вперед!
Дождь разошелся не на шутку. Он промок до нитки, но не отставал, как и не приближался.
- Может попроситься под зонтик? А если она посмотрит на меня, как на придурка?
У нее звонит телефон.
Она разговаривает.
Он стоит с опущенными руками под дождем.
Она удаляется.
Немая сцена…

***
Почему женщины так не любят сами расстегивать свой лифчик?
Я ее почти полностью раздел, но с лифчиком проблема!
А она терпеливо дожидается, пока я проявлю свою находчивость, и не хочет мне помочь.
У нее шикарные волосы, на лице веснушки, большие глаза, и она не хочет помочь мне расстегнуть свой лифчик.
Нас обучают чему угодно, говорить, читать, врать, завязывать шнурки. Но не обучают расстегивать лифчики. А ведь они все застегиваются по-разному.
Некоторые завязываются в бантик, иные на пуговичке. Бывают на кнопке, липучке или просто резинке.
Мне же попался на скобках.
Это самый сложный.
Маленькие изогнутые крючочки. На первый взгляд все предельно просто, один цепляется за другой. Но стоит немного изменить угол, и это превращается в головоломку.
Она, просто чудо природы, восьмое чудо света, у нее шикарные волосы, на лице веснушки, большие глаза, и она не хочет помочь мне расстегнуть свой лифчик.

***
Самое привлекательное в мужчине то, что он находит привлекательной вас.
Он высокий, стройный, у него красивое тело, изящное лицо и он трахает меня в самой неприличной позе. Он словно читает мои мысли. Ни с кем еще мне не было так хорошо.
У него аристократические черты лица. Есть в нем, что-то французское, благородное.
Я никогда не приглядывалась к чертам французов, странно, что я сделала такое сравнение.
Впервые я увидела его в хозяйственном магазине, в котором, как и он пряталась од дождя.
Есть в нем, что-то необычное, такое чего нельзя описать словами, можно только почувствовать.
Я ощутила, чей то взгляд, пристальный, изучающий. И подняв глаза, увидела его.
Он высокий, стройный, у него красивое тело, изящное лицо и он трахает меня в самой неприличной позе.

***
Начинался очередной, в этот день, грозовой дождь, и я решил переждать в ближайшем магазине.
Она меня просто очаровала. Не знаю, как долго я стоял неподвижно, после того как мой взгляд остановился на ней.
Одна из продавщиц видимо была ее знакомой, и они довольно эмоционально, что-то обсуждали.
Я готов был молиться богу, что б он продлил этот дождь. Чтоб ушла ее подруга, и я смог бы подойти и о чем-нибудь заговорить с ней.
Но не думаю, что смог бы это сделать.
Когда она улыбается, то видно, наверное, все ее зубы. Видно, какие они ровные, стройные и красивые.
Она мне очень нравиться, но главное не подать виду.
Нужно придумать, что ей сказать, как начать разговор.
Она на меня смотрит, и я в ужасе прячу глаза.
Как же у людей все сложно, запутанно и непонятно.
В пособии по размножению кроликов сказано, что если кролику понравилась крольчиха, то он должен ее трахнуть. Причем немедленно, здесь и сейчас.
У нас же, все очень непросто. Главное не подать виду.
Сложнейшая задача, - спариться, не подав виду!

***
У нее звонит телефон.
Она разговаривает.
Он стоит с опущенными руками под дождем.
Она удаляется.
Немая сцена…
Он потерпел поражение, он не смог, и опущенные руки тому свидетельство.
Он боролся, но проиграл.
Его врагом была его собственная неуверенность.
Одно радовало.
На опустошенной проливным дождем улице никто не стал свидетелем его поражения.
Но он ошибался.
Вместе с телефоном, она достала из сумочки и зеркальце.
Это маленькие женские хитрости, о которых мужчинам мало что известно.
Она чувствовала его присутствие, как незадолго до этого почувствовала его взгляд.
В зеркало заднего вида, она видела, что он идет за ней.
Она видела, что он остановился.
Что было тому причиной, почему он остановился? Неизвестно.
Может дело в ней, может она, недостаточно красива?
Такие подозрения для женщины, самые болезненные.
Быть отвергнутым, из-за внешности.

***
Она сказала, что я и мой член, это самое красивое из того, что она когда-либо видела.
И это самое лучшее из того, что я когда-либо слышал.
У нее тело богини. Узкая талия, маленькая, но красивая грудь.
Рядом с ней я чувствую себя чем-то иным. Не человеком. Высшим существом.
Ведь только высшее существо, может трахать богиню.
Он, словно чувствует мои желания, и воплощает их.
Ни с кем еще мне не было так хорошо.
Она сказала, что я и мой член, это самое красивое из того, что она когда-либо видела.
И это самое лучшее из того, что я когда-либо слышал.

***
Опустошенное тело, с шикарными волосами, большими глазами, и покрытым веснушками лицом, забрело в супермаркет.
Опустошенное тело, с опущенными руками, в промокшей до нитки одежде, пришло туда же.
Их глаза снова встретились.
Он подумал, это судьба.
Она решила, что это судьба.
Ее глаза блестели, как две звездочки.
Вынуть из глазниц и съесть, лучше сырыми. Шаман племени Неваж-но-ка-кого, посоветует вам поступить так с глазами, похитившими ваш сон.
Страшно представить, как он посоветует поступить с влагалищем, поглотившим мой разум.
Наверное, вырезать. Но так чтоб не повредить само влагалище. Оно должно остаться целым, для того чтоб его можно было использовать по назначению.
Зачем все тело, если нужно только влагалище? Это как резиновая женщина, только лучше, "натуральнее". Такой сувенир, можно заморозить, и использовать многократно, хотя будет твердовато. А вот если бальзамировать, с помощью пчелиного бальзама, то сувенир будет всегда пригодным для использования, без предварительной разморозки.
Если покрыть пчелиным бальзамом кусок мяса, то он может храниться, не портясь годами! Но, советую не кончать внутрь, или использовать презерватив. Иначе сувенир быстро заполниться…
Он.
Она.
Они просто созданы друг для друга. Они, как две половинки одного целого. Словно их разъединили, а теперь они сами друг друга нашли.
Сердце билось часто-часто, волнение заполняло тело, покрывая его холодным липким потом.
Он решил, что будет ждать ее у выхода. А пока она будет делать покупки он придумает что-нибудь, чтобы начать разговор.
Она знала, что он будет ждать у выхода, она понимала зачем. Но старалась оттянуть этот момент.
Словно боялась.
Это то чего она хочет больше всего на свете, но боится.
Говорят, что ожидание смерти, хуже самой смерти.
На улице снова шел дождь.
Они понимали, что снова будут стоять рядом, но на этот раз им никто не помешает.
Рядом есть кафешка.
Может пригласить ее?
Присесть выпить чего-нибудь, пока дождь не перестанет?
Неплохая идея!
Она выходила. Медленно, не торопясь. Краем глаза она заметила, что он ее ждет.
Но не подавая виду, с опущенной головой, направлялась вперед.
Ее сердце просто выскакивало. Если приглядеться, то наверняка можно было заметить, через тонкую промокшую блузку, как подпрыгивала ее маленькая, но красивая грудь с каждым ударом.
Волнение достигло невероятного размаха. Их обоих просто знобило, дрожь, пот, суженые зрачки, мышечное расслабление в сочетании с напряженной работой сердца, легких и мозга.
Но он смог, он сумел.
Он решился, и сказал:
- Привет, мы снова прячемся от дождя.
Она не поднимала голову, боясь показать свои встревоженные глаза.
Он хотел предложить зайти в кафешку, открыл рот чтобы сказать.
Но вместо этого изверг нечленораздельное нечто.
Она хотела сказать:
- Привет, - но вместо этого извергла нечленораздельное нечто.
И в ужасе бросилась под дождь, открывая на ходу зонт.
Какое то время он стоял неподвижно, пытаясь понять, что произошло.
Через мгновенье, он побежал за ней. Но она скрылась в лабиринте переулков…

***
Им было хорошо. Он стонал, как не подобает стонать мужчине. Но ей это нравилось. Ей нравилось, что она ему нравилась.
Хорошо, что мы встретились.
Хорошо, что шел дождь.
Каждый из них понимал, что ни с кем и никогда им больше не будет так приятно.
Они кончали.
Кончали вместе, синхронно.
В разных концах города, на разных этажах своих домов.
Они были вдвоем, в своих фантазиях.
Лежа в своих ванных, они мастурбировали, и думали друг о друге.
Они кончали синхронно, в разных концах города, каждый на своей полке стеллажа человеческих многоэтажек..
Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Prizrak (11.08.2010)
  #5  
Старый 10.08.2010, 16:57
Аватар для Hope
Hope Hope вне форума
Активный
 
Регистрация: 06.03.2010
Сообщений: 154
Сказал(а) спасибо: 115
Поблагодарили 197 раз(а) в 110 сообщениях
Hope is on a distinguished road
По умолчанию

Умберто Эко
Вавилонская беседа


(Между Тигром и Евфратом, в тени висячих садов, немногим больше тысячи лет назад)

УРУК: Как тебе эта клинопись? Моя рабопечатная система в десять часов завершила весь кодекс Хаммурапи.
НИМВРОД: А какая у тебя? Apple Nominator из Райской Долины?
УРУК: Ты с ума сошёл! Их больше не достанешь даже на рынке рабов в Тире. Нет, у меня египетский раб-писец, Toth 3 Megis-Dos. Расходует очень мало, горсть риса в день, и может писать иероглифами.
НИМВРОД: Но у него же ничего в памяти не остается.
УРУК: Зато форматирует прямо при копировании. Больше не нужен раб-форматировщик, который берёт глину, лепит таблицу, сушит её на солнце, чтобы другой потом на ней писал. Он лепит, сушит на огне и сразу пишет.
НИМВРОД: Но он пользуется таблицами на 5,25 египетских локтей и весит добрых килограммов шестьдесят. Почему ты не заведешь себе портативного?
УРУК: Что, какой-нибудь халдейский визор на жидком хрустале? Прибамбасы для волхвов.
НИМВРОД: Да нет, ручного раба-писца, африканского пигмея из Сидона. Ну, знаешь, как делают финикийцы – дерут всё у египтян, но потом миниатюризируют. Смотри: лэптоп, пишет, сидя прямо у тебя на коленях.
УРУК: Он горбатый, какая мерзость.
НИМВРОД: Я тебя умоляю! Ему вмонтировали в спину плату для быстро бэкапа. Один щелчок хлыстом – и он пишет тебе прямо в Альфа-Бета , видишь, вместо графического режима использует текстовой, достаточно двадцати одного знака. Запакует тебе весь кодекс Хаммурапи на нескольких таблицах 3,5.
УРУК: Но потом еще приходится покупать раба-кодировщика.
НИМВРОД: Ничего подобного. У этого карлика вшитый кодировщик. Еще один щелчок хлыстом – и он всё переписывает в клинописи.
УРУК: А графику он тоже делает?
НИМВРОД: Ты что, не видишь, что у него разные цвета? Как ты думаешь, кто сделал мне все планы для Башни?
УРУК: А ты ему веришь? Вдруг всё грохнется?
НИМВРОД: Да брось. Я загрузил ему в память Пифагора и Memphis Lotus. Даешь ему план, щелчок – и он рисует тебе зиккурат в трех измерениях. У египтян при постройке пирамид еще была десятикомандная система «Моисей», залинкованная с десятком тысяч рабов-писцов. Интерфейсы у них были не очень дружественные. Всё устаревшее железо пришлось выбросить в Красное Море, даже вода поднялась
УРУК: А для вычислений?
НИМВРОД: Он еще знает Зодиак. Мгновенно показывает тебе твой гороскоп, и – what you see is what you get.
УРУК: Дорого стоит?
НИМВРОД: Ну, если будешь покупать его здесь, то целого урожая не хватит, а если на библосских рынках, то возьмешь за мешок посевного зерна. Конечно, нужно его кормить хорошенько, потому что, сам знаешь, garbage in – garbage out.
УРУК: Ну, меня пока мой египтянин вполне устраивает. Но если твой карлик окажется совместимым с моим 3 Megis-Dos, можешь сделать, чтобы он научил его Зодиаку?
НИМВРОД: Это незаконно: когда покупаешь, должен подтвердить, что берешь его только для индивидуального пользования… Ну да ладно, в конце концов так все делают, давай их законнектим. Только я не хочу, чтобы у твоего оказался вирус.
УРУК: Он здоров как бык. Меня больше всего другое пугает: каждый день появляется новое наречие, в конце концов произойдет смешение программ.
НИМВРОД: Успокойся, только не в Вавилоне, только не в Вавилоне.
Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Prizrak (11.08.2010), Prorok (26.09.2010)
  #6  
Старый 26.09.2010, 10:20
Аватар для Hope
Hope Hope вне форума
Активный
 
Регистрация: 06.03.2010
Сообщений: 154
Сказал(а) спасибо: 115
Поблагодарили 197 раз(а) в 110 сообщениях
Hope is on a distinguished road
По умолчанию

O'ГЕНРИ
ОБОРОТНАЯ СТОРОНА

Все газеты обошло одно утверждение, касающееся хорошо известного женского недостатка - любопытства. Оно гласит, что если мужчина принесет домой номер газеты, из которого вырезан кусочек, жена его не успокоится до тех пор, пока не достанет другого экземпляра и не убедится, что именно было вырезано.
Один из хаустонских жителей настолько заинтересовался этим утверждением, что решил проверить его на опыте. Как-то вечером на прошлой неделе он вырезал из утренней газеты объявление о новом средстве против катара - так, дюйма на два - и оставил искалеченный номер на столе, где жена не могла его не заметить.
Он взял книгу и сделал вид, что поглощен ею, в то же время наблюдая за женой, просматривающей газету. Когда той попалось место, откуда была вырезана заметка, она нахмурилась, и серьезное раздумье отразилось на ее лице. Однако, она ни слова не сказала, и муж никак не мог решить наверняка, возбуждено в ней любопытство или нет.
На следующий день, когда он вернулся к обеду, жена встретила его с пылающими глазами и зловещим дрожанием губ.
- Жалкий лживый негодяй! - вскричала она. - После стольких лет совместной жизни узнать, что ты низко обманывал меня, ведя двойную жизнь и навлекая позор и горе на твою ни в чем неповинную семью! Я всегда подозревала, что ты мерзавец и подлец, а теперь у меня в руках неоспоримое доказательство этого!
- Что - что - что ты имеешь в виду, Мэри? - вырвалось у него. - Я ничего не сделал!
- Конечно, ты готов добавить и ложь к списку твоих пороков! Раз ты делаешь вид, что не понимаешь меня - погляди на это!
Она держала перед ним неповрежденный экземпляр вчерашней утренней газеты.
- Ты рассчитывал скрыть от меня твои поступки, вырезав часть газеты, но я умнее, чем ты думал!
- Но это всего лишь шутка, Мэри. Я не думал, что ты отнесешься к этому серьезно.
- Ты называешь это шуткой, бессовестный негодяй! - вскричала жена, развертывая перед ним газету.
Муж взглянул - и прочел в смущении и ужасе. Вырезая объявление о катаре, он ни на минуту не подумал взглянуть, что стояло на оборотной стороне его - и вот какая заметка должна была представиться глазам того, кто встретился с вырезкой, читая другую страницу листа: Один из жителей города, видный делец, весьма весело проводил вчера время в одном из ресторанов, ужиная вместе с двумя хористками гастролирующей в настоящее время у нас комической оперы. Излишне громкий разговор и битье посуды привлекли внимание посторонних, но все было улажено, благодаря видному положению, занимаемому упомянутым джентльменом.
- Ты называешь это шуткой, старая ты гадина? - визжала возбужденная дама. - Я уезжаю к маме сегодня же вечером и намерена остаться там. Думал надуть меня, вырезав заметку, да? Ты низкая, транжирящая деньги змея - ты! Я уже упаковала свои сундуки и еду сию же минуту домой... не подходи ко мне!
- Мэри! - пролепетал не находивший слов муж. - Клянусь, что я...
- Не прибавляйте кощунства к вашим преступлениям, сэр!
Муж сделал три-четыре тщетных попытки заставить себя выслушать, а затем схватил шляпу и выбежал на улицу. Через четверть часа он вернулся с двумя шелковыми платьями, четырьмя фунтами конфет, бухгалтером и тремя приказчиками, чтобы доказать, что в упомянутый вечер он был по горло занят у себя в магазине.
Дело в конце концов было улажено к удовлетворению обеих сторон, но зато один из хаустонских жителей больше не испытывает любопытства по вопросу о женском любопытстве.
Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Prorok (26.09.2010)
  #7  
Старый 31.03.2011, 10:49
Аватар для Hope
Hope Hope вне форума
Активный
 
Регистрация: 06.03.2010
Сообщений: 154
Сказал(а) спасибо: 115
Поблагодарили 197 раз(а) в 110 сообщениях
Hope is on a distinguished road
По умолчанию

Гала Рубинштейн
Всячинки
...
* * *
Плыву по реке, солнышко, ветерок, птички... На берегу сидят какие-то люди. Вдруг понимаю, что это мой труп проност мимо врагов, которые уже достаточно долго сидят на берегу... А я их даже не знаю, вот что обидно.
...
* * *
Если до тебя, любовь моя, доносятся в последнее время странные и противные звуки, не удивляйся - это я цепляюсь алмазными коготками здравого смысла за стеклянную поверхность реальности, реальность в царапинах, я в панике, спасение в слове, пальцы просятся к перу, перо к бумаге, ангел-хранитель за левым плечом взмахивает в недоумении ощипанным крылом и грозится бросить меня к чертям, уже даже не извиняясь за каламбур.
...
* * *
Проснувшись Гамлет обнаруживает себя все за тем же столом. Перед ним все то же блюда, да и пирожные на блюде, пожалуй, что те же. Розенкранц и Гильденстерн стоят на почтительном расстоянии, не решаясь приблизиться, и провожают каждый кусок голодным взглядом. Принц подносит ко рту очередной эклер и облизывает пересохшие губы: "Это жизнь, друзья мои, - надменно улыбается он, - ее едят", - и отводит в сторону глаза, чтоб не так тошнило. "Сладкое", - говорит Розенкранц Гильденстерну с тоской, тот шумно вздыхает и переступает с ноги на ногу. Гамлет резко отодвигает стул и встает: "Да пошло оно все, - с отчаянием думает он, - не могу больше", - и отходит к бассейну, в котором плавает Офелия. "Сладкая" - рассеянно думает принц, и рвотный спазм сжимает ему горло с такой силой, что у него темнеет в глазах. "Почему ты не ешь сынок, - доносится до него еше слышный шепот королевы-матери, - разве тебе не сладко?" Гамлет прижимается лбом к холодной мраморной колонне и беззвучно шевелит гулами - умереть, уснуть... "Быть, - шелестит ледяными кольцами мертвый король-отец, свернувшийся в чреве безглазой белой змеей, - быть, был, буду, будешшшшь... будешь еще..." - и вонзает ядовитые зубы в сведенную судорогой плоть. Яд разливается по телу, проступает на коже белыми пятнами. Розенкранц едва успевает подбежать и подхватить принца. "Козел", - цедит сквозь зубы Гильденстерн, сплевывает и уходит играть с Клавдием в шахматы. Розенкранц заботливо усаживает Гамлета на подушки и начинает вкладывать ему в рот маленькие кусочки пирожного. Гамлет отталкивает его руку и говорит внезапно окрепшим голосом: "Отойди, я сам".
...
Необыкновенно короткая, но очень трагичная сказка про маленькое симпатичное сказочное существо
Маленькое симпатичное сказочное существо было ужасной недотрогой, Вследствие этого, оно было ужасно недотрогано. Так оно и умерло. Вот, собственно, и вся сказка про маленькое симпатичное сказачное существо.
Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы Поиск в этой теме
Поиск в этой теме:

Расширенный поиск
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

http://ya-daryu.ru - Интернет-магазин эксклюзивных подарков Я дарю
http://portal.ageless.su Библиотека Ageless                       http://ageless.su - Форум Ageless



Текущее время: 04:44. Часовой пояс GMT +3.
Powered by vBulletin® Version 3.8.6
Copyright ©2000 - 2018, vBulletin Solutions, Inc. Перевод: zCarot

Обратная связь   http://jenatik.ru         Архив  


Footer
vBSkinworks Top